Эту халтуру подкинул мне мой коллега. Как это обычно бывает, раздается звонок, краткое изложение сути и можешь или не можешь? Могу ответил я в тот раз и на следующий день оказался в дорого и тщательно обставленном офисе, свидетельствовавшем о том, что его хозяин не упускает из виду ни одну мелочь. Этот тип людей мне всегда импонировал, в них нет дешевого понта ребятишек начала 90-х, а с другой стороны они конкретны и не тратят время попусту…
- Олег - представился мне вошедший в переговорную средних лет мужчина в дорогом костюме.
- Дмитрий – представился в свою очередь я, пожимая протянутую руку.
Все это время я чувствовал его цепкий сухой взгляд и уловил его легкое замешательство. Видать моя внешность разительно контрастировала с резюме, которое ему передали… Чтобы исправить ситуацию я вопросительно взглянул на него.
- Я Вас представлял себе несколько иным – с улыбкой, в которой читалась благодарность за помощь в неловкой ситуации, произнес Олег косясь на резюме.
- Я хорошо сохранился…
Он рассмеялся, а через мгновение его взгляд снова обрел сухость и пронзительность.
- Полагаю, Вы уже в курсе проблемы? – продолжил Олег.
- Да.
- И?
- Готов взяться при соблюдении Вами двух условий.
- Каких? – недовольно-удивленно приподнял одну бровь мой собеседник.
- Решение исключительно в рамках действующего законодательства и 100% предоплата.
Олег сделал вид, что взял паузу на подумать, хотя было прекрасно видно, что он из тех людей, кто решения принимает моментально.
- Какая сумма рассматривается сверх, если для достижения результата потребуется креатив неоднозначно трактующийся законодательством? – с усмешкой спросил он.
- Олег… Я подписываюсь ТОЛЬКО при соблюдении озвученных двух условий…
- ОК. Но… - Олег опять сделал паузу пристально разглядывая меня. – Какие гарантии у меня?
- Никаких, это Ваш риск – и мы ОБА это понимаем. – Вам нужно время на подумать? – уже с легкой иронией произнес я.
- Нет. Договорились.
Как это обычно бывает, специалистов начинают привлекать только тогда, когда уже «все пропало и надо что-то сделать». Так было и в этот раз. Все нужно было делать еще вчера, мы не были готовы к сделке, да и времени на подумать катастрофически не хватало. Постоянная гонка на перегонки со временем дабы выиграть лишний час, найти деньги, сбить цену под любым предлогом и прочее, и прочее…
В течение всех двух недель я чувствовал постоянное пристальное внимание Олега порожденное недоверием к незнакомому ему человеку, казалось я кожей ощущал его напряжение. Честно признаться, я ему искренне сочувствовал, ибо сам бы ни за что не хотел оказаться на его месте. Он рисковал… Рисковал деньгами, рисковал авторитетом, рисковал… так как иного выхода у него не было. Я видел, как набухли вены от перенапряжения у него на шее, когда я перепроверял подготовленный к подписанию договор, видел как пересохли губы, когда я отдавал распоряжение на перевод…
Когда все разошлись, я вышел на балкон. На улице было уже темно и полная луна выглядела особенно бесстыжей. Олег подошел ко мне и, опершись всем телом на перила, стал внимательно разглядывать Луну.
- Тебе не стоило их давить в последний момент, это было лишним… Если бы перегнул, они бы соскочили, – медленно выдыхая сигаретный дым, произнес Олег.
- Не соскочили бы. Они не до конца выполнили условия предварительного договора, так что в их интересах было закрыть сделку, а не ввязываться в судебные разбирательства в случае отказа с их стороны.
- Да?
- Да.
- Но ты все равно рисковал…
- Нет, я ничем не рисковал. Наемники не рискуют, рискуют доверители…
- Спасибо, что напомнил…
- Нема за що…
Олег продолжал смотреть на Луну.
- По ту сторону луны… - задумчиво произнес он – у меня не было времени заглянуть по ту сторону луны.
- Что?
- Ты был самым большим риском в этой сделке. - ответил Олег.
- Я знаю. Хотя, сложно сказать, чтобы ты увидел заглянув… Я пробовал, но у меня самого ничего путного из этого не вышло…
- Возможно, тебе просто не хватает опыта, чтобы смотреть и видеть... Это приходит со временем, - устало ответил Олег.
ЭПИЛОГ (МОЗАИКА)
- Что он задумал? – размышлял я, кружа по арбатским переулкам, медленно но верно пробираясь к дому Олега. – Выйти из всех дел… Зачем?
Зная его, я понимал, что он все заранее обдумал, взвесил и принял решение… Но какое?
- Черт бы тебя побрал, Олег, - думал я. – Ну и подкинул ты мне работенку… Задница в мыле уже третью неделю… Слава богу, сегодня был последний день…
Через четверть часа я поднимался по лестнице старого арбатского особняка. Как обычно, после звонка прошла вечность, покуда Олег дошел из кабинета и открыл мне дверь.
- Ты опоздал, - внимательно глядя на меня, сказал Олег.
- Я не ангел и крыльев у меня нет, - ответил я ему, зная, что лучшая защита, это нападение.
- Ты все сделал?
- Да.
- А говоришь не ангел… хотя, (Олег посмотрел назад через мое плечо) действительно, крыльев у тебя нет…
- И еще долго не будет… Я собираюсь жить долго и счастливо, - ответил я.
- Ты самонадеян…
Мы прошли в кабинет.
- Я закрыл все сделки, которые ты просил. Расчеты на флешке. – я положил флешку на стол, сел в «свое» кресло и стал наблюдать за Олегом. Он был какой-то необычный, слегка рассеянный и вообще находился «не здесь»…
- Ты куда собрался?
- Домой…
- Надолго?
- Насовсем… Знаешь, я уехал из дома в семнадцать лет и с тех пор не был там… Пришла пора вернуться.
Меня не удивил его ответ… С тех пор, как они расстались с Ольгой, он сначала ушел в работу, но позже начал терять интерес ко всему. Появилась какая-то отрешенность. Я хотел было спросить, обдумал ли он это свое решение, но осекся, ибо прекрасно знал, что если он принял решение, то обдумал его основательно.
- Когда уезжаешь?
- Сегодня ночью.
- Почему?
- Мне стало неуютно в этом городе…
- Ты изменился…
- Мы все изменились… Ты, кстати, тоже…
- Знаю…
Я встал и прошелся по комнате, медленно выдыхая сигаретный дым, который повисал в воздухе.
- Телефон останется прежним?
- Само собой.
Стоя перед полкой с часами я обратил внимание, что на часах его отца треснуло стекло.
- Что с ними? – спросил я, не поворачиваясь к Олегу.
- Уронил… - коротко ответил он и по его голосу я понял, что говорить на это тему не хочет.
- Желаю тебе удачной дороги… домой…
Я внимательно посмотрел на Олега и наши глаза встретились. В его взгляде читалась спокойная уверенность. Я понял, что он для себя уже действительно все решил. Вот только какая-то пустота во взгляде…
* * *
Одна и та же дорога в зависимости от времени суток может быть совершенно разной. Днем она одна, а ночью совершенно другая… Она всегда ограничена светом фар, которые отвоевывают у ночи частичку различимой реальности, а что там за ней, никогда не знаешь, ночь тщательно хранит эту тайну, и неважно, сколько ты проехал, эта тайна всегда остается впереди, там, куда не в состоянии проникнуть свет ксенона… Мощь двигателя незаметно разгоняет автомобиль, но ты не ощущаешь скорости, ибо все, что ты видишь, лишь узкая нитка дороги впереди и убаюкивающий гул покрышек. Если долго ехать без остановки, то со временем реакция притупляется и ты начинаешь плыть в кромешной темноте все более погружаясь в свои мысли…
О чем он думал? Возможно о доме, а может о том, что он оставил позади… С чем расстался не прощаясь и не колеблясь…
***
Телефонный звонок медленно пробивался сквозь сон. Не открывая глаз нащупал телефон…
- Да.
- Извини, за поздний звонок, - услышал я в трубке голос шефа СБ Олега.
- Привет. Ну и?
- ДТП. Он умер мгновенно. У него не было шансов выжить…
Этот ночной звонок не стал для меня неожиданностью, почему-то я был внутренне готов к нему. Он каким-то странным необъяснимым образом укладывался в причудливую мозаику жизни… моей и его… Я и по сей день задаю себе один и тот же вопрос: Почему ему не суждено было вернуться домой? …и не нахожу ответа.
Когда в очередной раз табло тахометра окрасилось красным цветом при резком обгоне, Олег спокойно произнес:
- Останови машину, я выйду…
Я резко перестроился вправо и затормозил у обочины.
- Куда ты несешься, - просил он меня.
- Не знаю, - честно признался я.
- Каждый раз, ты готов убиться «в хлам»… Такое впечатление, что ты от кого-то бежишь…
- От себя…
- И сколько ты так собираешься бегать?
- Не знаю… Я не знаю куда бегу…
- Ты не пробовал остановиться?
- Пробовал. Останавливаюсь. Оглядываюсь вокруг себя и не понимаю, где я нахожусь…
- Тебе не кажется, что ты бегаешь по кругу?
- Возможно…
Как говорится: - Не все же коту масленица… Порой бывает и так, что проигрываешь… Но, сам по себе проигрыш не так расстраивает, как необходимость себе в этом признаться…
За долгие годы нашей с Олегом работы, это был самый неудачный контракт. С самого начала все играло против нас, проблемы с каждым шагом росли, как снежный ком: решаешь одну - возникает еще три, решаешь эти три – сваливается еще десять… Пять месяцев борьбы с обстоятельствами вымотали основательно до состояния, когда уже и говорить не хочется ибо стиснутые зубы разжать сложно…
Это была наша «черная пятница» весь день – облом за обломом и в итоге дня нас нагнули буквой «зю», а как исправить ситуацию я не видел. Далеко после полуночи Олег устало опустился в свое кресло и закурил, я же ходил по комнате, пытаясь найти хоть какой-то выход из сложившейся ситуации, хотя подсознательно понимал, что мы «в жопе».
- Сядь, пожалуйста… Не мельтеши. – попросил Олег.
- Нет, все всегда есть второй выход! Их всегда два… Один явный, другой правильный… - не обращая на него внимания, вслух сказал я. – Только я его пока не вижу…
- И не увидишь…
Я вопросительно посмотрел на него. Но Олег молчал, давая понять, что сказал ровно то, что хотел сказать – не более.
- Я не совсем понял твою мысль, - несколько раздраженно ответил я.
- Ты не любишь проигрывать…
- Можно подумать, ты платишь мне деньги за изящный проигрыш, - огрызнулся я.
- Можно подумать, ты в состоянии смириться с поражением, - ответил мне Олег.
- Ты намекаешь на то, что моя гордыня делает зрение крайне избирательным?
- Именно… Утро вечера мудренее. Езжай выспись… возможно завтра утром ты его и найдешь, твой второй выход…
PS В итоге МЫ "проиграли": Олег потерял значительные деньги, я же так и не научился мириться с поражениями...
Обычно в делах для меня нет места ничему личному. Либо работаешь, либо… В отношении себя – все просто, но эту границу провести очень сложно, когда дело касается других людей. Достижение твоего результата в таких случаях зависит от их личной жизни, а так как «проигрывать» не люблю, то хочешь - не хочешь, а приходится залезать на чужую «территорию»… Забавно, «личный» фактор включается именно тогда, когда ты уже расслабился и получаешь удовольствие от ощущения спокойного достижения желанной цели. Так было и в тот раз…
Олег опаздывал уже на пол-часа… Сглаживания неловкость сложившейся ситуации, а продавцы были людьми с гонором, я периодически набирал Олега, а в ответ совершенно неэротичный женский голос отвечал мне, что абонент временно недоступен… Я был в бешенстве, от глупости сложившейся ситуации, ибо результат полугодовой напряженной работы, и, казалось, уже гарантированный успех, на глазах превращался в фиаско. С другой стороны, меня не на шутку тревожил сам факт выключенного телефона. Олег из тех людей, у кого телефон выключенным не бывает. Я набрал шефа его СБ и получил лишь короткий ответ: выясняем…
Некоторое время спустя, уладив вопросы с продавцами, я сел в машину, снова набрал шефа его СБ и получил хоть какой-то, пусть ничего не объясняющий, но конкретный ответ: он дома, приезжай…
В квартире был Олег и шеф его службы безопасности, который и открыл мне дверь.
- Ну и? – спросил я эсбешника.
- Жив здоров, - устало ответил он. – Остальное твоя проблема…
Дверь шумно захлопнулась оставив меня один на один с проблемой, которую я в душе и не хотел решать.
- Какого черта? - думал я. - Мне это надо? В конце концов, это в мой контракт не входит…
Но, с другой стороны «проигрывать» не люблю…
Войдя в кабинет Олега, я сел в «свое» обычное кресло. Он молчал, я тоже. Он не был настроен разговаривать, а мне ему нечего было сказать. По привычке я достал трубку, набил ее и стал рыться в поисках зажигалки. Видя, что я никак не могу ее найти, он взял со стола свою и бросил мне. Замешкавшись, я поймал ее на излете у самого пола. Раскурил трубку и, повертев зажигалку в руках, поставил ее на столик перед собой. Пока курил, пытался продумать, с чего начать разговор, но ничего путного в голову не приходило и я отчетливо осознал, что и пыться не стоит.
- Мне нужен лиш ответ: да или нет, не более. – сказал с усталым безразличием в голосе, ибо нервное напряжение утра начало сказываться.
Олег мне не ответил. Тогда я молча встал и пошел к выходу. Проходя мимо картины на стене, мне пришла в голову мысль о том, что есть на свете вещи более важные, чем банальное людское тщеславие, о котором не так давно мы с Олегом говорили. По дороге домой я продолжал искать ответ на вопрос о причинах произошедшего сегодня и ответ вдруг родился сам собой. В квартире не было Ольги… Я набрал шефа СБ и поинтересовался относительно нее.
- Ее дома не было, когда я приехал, – ответил он и без лишних слов понял ход моих мыслей. – Я тебе перезвоню…
Ближе к вечеру он перезвонил мне:
- Она у родителей. Уехала еще в пятницу…
- Это все? – спросил я интуитивно чувствуя, что он мне еще не все сказал.
- Нет, не все… Она в положении…
Меня никогда не интересовала личная жизнь Олега, и об Ольге я мало что знал. Красивая молодая женщина с очаровательной улыбкой и удивительной доброжелательностью в общении с людьми. Она была полной противоположностью ему с его властностью, резкостью и подозрительностью в отношении людей. Но то, что в его жизни появилась Женщина, я заметил сразу... Что-то меняется в мужчине, когда в его жизни появляется Женщина! И Олег не был в этом случае исключением. Это было два года назад…
Ощущение Санта-Барбары, в которую вляпался меня теперь не покидало, заставляя размышлять над извечным вопросов – а оно мне надо? Жизнь Олега – его жизнь и меня она, по большому счету, мало волнует. В конце концов, размер моего вознаграждения по этому, пусть и провальному контракту никак не меняется – это риск «заказчика». Собственно, на этом и следовало остановиться, если бы не одно «но» - проигрывать не люблю… Этому можно было бы найти вполне пристойную, с точки зрения общественной морали, подоплеку, но смысл? Ведь, в реальности, меня волновал лишь мой выигрыш или проигрыш, а все остальное и все остальные – обстоятельства… И так получилось, что Олег со своими личностными проблемами, лишь одно из таких обстоятельств… Я совершенно не хотел вникать в его проблемы, мне необходимо было лишь одно – чтобы завтра утром состоялась его встреча с продавцами и он подписал этот чертов договор…
Порой, когда разговор заходил о детях, Олег отшучивался и «соскакивал с темы». Это выглядело вполне естественно до появления Ольги, но потом… Я стал замечать, что при всем умении владеть собой, его мастерство пасовало, когда возникала «детская тема». Собственно, он один был бездетным в своем кругу общения. Его приятели и партнеры уже давно успели жениться, развестись, у всех были дети, от первой, от второй или бог знает от какой жены, а он лишь отшучивался… С появлением же Ольги, его шутки стали выглядеть нелепо…
Ее беременность, ненатуральное поведение Олега, когда разговор заходил о детях – мозаика постепенно начала складываться, хотя еще не хватало одной маленькой, но, несомненно, самой важной детали – ответа на вопрос: почему?
Как обычно бывает в таких ситуациях, когда для элементарной логики не хватает фактического материала, начинает работать интуиция, или говоря проще – авось получится…
Я позвонил в дверь и довольно долго ждал, пока Олег мне открыл.
- Тебе не в напряг мне чашку кофе сделать? – спросил я его, проходя в кабинет.
- Легко. – бесстрастно ответил Олег и пошел на кухню варить коф
Я не знаю, что нас с ним связывает. Другом я его не назову, впрочем, как и он меня… Иногда он нанимает меня для решения особо щекотливых либо просто конфиденциальных вопросов, когда не хочет поручать это своим сотрудникам, но при этом никогда не позиционирует себя как «заказчик», скорее, как приятель, просящий об услуге… да, наверное мы приятели… а может и нет… может быть, это просто отголосок одиночества души, заставляющий его или меня вдруг набрать номер и спросить:
- Ты не занят? Кофе угостишь?
Так и в этот раз… Звонок отозвался эхом в глубине квартиры, расположенной в старом особняке одного из арбатских переулков… Войдя, в очередной раз поймал себя на мысли, что у Олега отличный вкус. Его квартира, стилизованная под начало прошлого века была выдержана до мелочей. Впрочем, он такой во всем – от и до… Для него не бывает вещей несущественных, любая мелочь – элемент мозаики, профессионально складываемой им. Это его качество всегда вызывало во мне чувство глубокого уважения.
Проходя в его кабинет я остановился напротив картины, показавшейся мне знакомой. Олег, заметив мой интерес, небрежно бросил:
- Оригинал… Купил с аукциона… Только никому не рассказывай, а то вместе с квартирой вынесут – самодовольно отшутился он.
- Засранец, - подумал я, – прекрасно знает, что я ничего не понимаю в картинах…
Ладно, сочтемся… А в слух сказал:
- Знаешь, я понимаю художника, для которого его произведения – это его жизнь. Но не понимаю, какую ценность они представляют для людей, покупающих его картины. Тем более на аукционах за «немерянное бабло»… Мне кажется, что единственной причиной в этом случае является человеческое тщеславие… Ну, право, что может более тешить тщеславие, нежели мысль о том, что обладаешь смыслом чужой жизни? Олег в этот момент пошел на кухню варить кофе, а я прошел в его кабинет и, удобно расположившись в глубоком кресле, принялся набивать трубку.
Вообще, наши с ним посиделки за чашкой кофе – это своего рода ритуал, окутанный ароматным дымом трубочного табака. В этом дыму, любая высказанная мысль либо подхватывается собеседником, либо растворяется в сизой дымке. Есть лишь одно правило – никаких оценок. Согласен – прими ее, не согласен – отпусти… Все же, как не крути, сизой дымке мы отдаем большую часть наших мыслей…
Олег вернулся с чашками ароматного крепкого кофе и в продолжение нашего незаконченного разговора сказал:
- Вся наша жизнь – погоня за тщеславием… но ее ирония в том и заключается, что лучшее, что мы создаем в своей жизни, становится предметом удовлетворения тщеславия других…
Уже смеркается, а до пункта назначения остается более 600 км. – я катастрофически опаздываю… Созваниваюсь с заказчиком – преуспевающим предпринимателем, который, собственно и вытащил меня в эту тьму-таракань, прошу его перенести переговоры на утро и заказать номер в гостинице… Перспектива ехать всю ночь радует мало, но и ночевать в этой безмолвной, безлюдной глуши не хотелось… Вдруг свет фар выхватывает из сумерек миниатюрный силуэт. Она медленно идет по обочине трассы. Встретить здесь живого человека настолько удивительно, что желание узнать, что же она здесь делает так поздно и совсем одна заставляет затормозить. Скорость была большая, поэтому затормозил далеко впереди, и стал ждать, разглядывая ее в зеркало заднего вида.
Когда она поравнялась с автомобилем, я предложил ее подвезти, а она согласилась… Ее дом был в пятидесяти километрах, и за время дороги я уже узнал, что ей 29, что она работает продавцом в районном центре, так как в деревне работы нет и, что сегодня сняли рейсовый автобус – такое иногда бывает, поэтому и шла пешком в надежде, что кто-нибудь подбросит…
Подвез ее к дому, она предложила переночевать, я согласился… Вошел в дом и увидел троих детей. Они обрадовались ее приходу, но с настороженностью поглядывали на меня. Она улыбнулась детям, а они обступили ее и загалдели, перебивая друг друга.
Видимо на моем лице читалось удивление, которое она заметила и сказала, что мальчуган семи лет ее сын, а две девчонки двенадцати и пяти лет – соседские. Их мать умерла, а отец алкоголик… А муж? – спросил я. Он уехал на заработки в город… пять лет назад – ответила она.
Я сидел в углу и наблюдал за ней и детьми и поймал себя на мысли, что не укладывается в голове ее миниатюрность, эти трое детей, работа в шестидесяти километрах от дома… Хотел было спросить, как же она вот так живет… но промолчал, почувствовав всю глупость и неуместность этого моего вопроса.
Встали засветло, я довожу ее до выезда на трассу, она идет в сторону автобусной остановки, я же еду дальше, не теряя ее в зеркале заднего вида. Ее миниатюрная фигурка на фоне уходящих до горизонта полей и безлюдной дороги кажется совсем крохотной и лишней в пейзаже. Потом дорога идет вниз, я теряю ее из вида…
Утапливаю до предела педаль акселератора, стремясь наверстать упущенное время и продолжаю размышлять о ней: сознательно или нет, она уже сделала свой выбор в жизни – прожить в этой забытой богом и цивилизацией деревне свою жизнь, вырастив одной троих ребятишек. И, даже при всем желании, что-либо изменить, возможности у нее нет…
Олег меня уже заждался…
- Ты где был?
- Не смог ночью ехать, устал, пришлось остановиться…
Олег – успешный коммерсант, со всеми достоинствами и недостатками этого типа людей... Мне нравится с ним работать – это всегда тяжело, напряженно, но его неудержимое стремление к цели заряжает всех, кто рядом с ним необычайной жизненной энергией.
Переговоры были трудными, но результативными. Потом, естественно, общение в неформальной обстановке с пустой статусной болтовней, пижонством, провинциальными понтами и прочей атрибутикой такого рода мероприятий. Краем уха слышу, как наш новоявленный «партнер» рассказывает Олегу о преимуществах часов «Breguet» над «Patek Philippe»… А мне уже очень хочется домой, подальше от этого лицемерия, фальшивых улыбок, рукопожатий и заверений в надежности и выгодности новоиспеченного партнерства, когда уже завтра, я знаю, придется «делать партнеров», чтобы они не «сделали» нас…
Наконец-то, садимся в машину. Резко трогаюсь с места, стремительно набирая скорость, стараюсь как можно быстрее уехать – очень хочется домой... Олег, довольно долго молчит, наблюдая за мной, но глядя в окно.
- Что-то не так? – после довольно продолжительного молчания интересуется он.
- Не знаю… По теме – все нормально. Наверное просто устал…
- Да брось. Мы отлично поработали! Этот завод уже наш…
- Ну да… Тебе осталось лишь купить «Breguet», чтобы подтвердить серьезность твоих намерений перед этим провинциальным клоуном… Хотя, насколько я знаю, эти «котлы» у тебя уже есть…
- Ты считаешь, что не стоило все это затевать? – серьезно спросил он.
Я промолчал, посмотрел в зеркало заднего вида, в котором, казалось, мелькнула ее миниатюрная фигурка на фоне уходящих до горизонта полей и безлюдной дороги, и подумал: сознательно или нет, ты, Олег, уже сделала свой выбор в жизни – прожить ее в вечной погоне за сделками и полезными контактами, в постоянной необходимости быть выгодным другим для своей собственной пользы… но, у тебя есть то, чего лишена она – возможность все изменить, если захочешь…
Олег прервал молчание.
- Знаешь, я совершенно не помню своего отца, он умер, когда я еще был мальчишкой… Единственная память о нем – это его часы…
Я знаю об этих часах, лежащих в ряду Breguet, Chopard, Franck Muller, Harry Winston, Omega, Patek Philippe, Piaget, Ulysse Nardin, Vacheron Constantin и Van Cleef & Arpels… И каждый раз натыкаясь на эту полку я испытываю ощущение неуместности в этом ряду, то ли старых часов его отца, то ли всех остальных…
- По крайней мере, у твоего отца было кому оставить свои часы… - ответил я.
ЗНАКОМСТВА
Зарегистрироваться
Основное
