Зачем, спрашивается, искать в простом – сложное?.. Этот вопрос он задавал себе с самого детства и родители не смогли его переубедить, что если суп не съедается, то его можно вылить обратно в кастрюлю, если вода не идёт из-под крана, то помыть руки можно и из бутылки с водкой, а гладить одежду – вообще несусветная глупость. В школе он очень любил геометрию – всё просто и прямо, только напрягись, найди это простое решение, и хоть часто за ответы вроде «они одинаковые – это и так видно» ему ставили двойки, он не унывал. Зачем усложнять – всё равно из класса в класс переведут. На уроки ИЗО он не ходил – училка была вредная, и услышав от неё о перспективе и тенях он возмутился: как это так, один и тот же его любимый параллелепипед – и все его нарисуют по разному?.. Он же один!.. Спорил яростно, до крика и после похода к завучу решил не усложнять и начал прогуливать уроки рисования, благо в аттестат этот предмет не вписывали. После школы добровольно пошёл в армию – наслушался, как в армии всё просто и понятно, и никто ничего не осложняет, мечтал, как отслужив срочную пойдёт учиться на прапорщика и всю жизнь будет жить в восхитительно понятной простоте, в окружении прямых углов и незыблемых понятий…
-…Оглох урод!.. Ты чё натворил?!. Мля-а!.. Парни, держите меня, я его ща урою!.. Придурок гражданский!.. Чмошник!.. Ы-ы!..
Повар в грязном фартуке поверх формы, метался по тесной комнатке заваленной картофельными очистками и обрезками, роняя кастрюли и доски для резки и потрясая двумя идеально выверенными параллелепипедами вырезанными из картошки, а в углу, чуть отсвечивая капельками сока, стоял незаконченный куб из таких же идеальных жёлто-коричневатых брусочков.
Гм. Какое слово - такой и смысл. Параллелепипед, блин.
Ах, как чудно было гулять! Они неторопливо шли, постепенно ускоряя шаг и вздрагивая, когда прорывающееся нетерпение заставляло их стискивать пальцы, наконец поющее предвкушение внутри захлестнуло их и они побежали, взлетая над отдыхающим ото дня городом… Ночь ещё только-только начиналась, от асфальта дышало теплом и уютом пустых улиц, первые звёзды пока ещё робко проступали на чернильно-тёмном небе, неяркие подмигивающие искры самолётов выныривали меж небоскрёбов и проносились над ними как сказочные драконы, неоновая реклама казино висела в пустом парке бросая разноцветные отблески на траву, и вот не сговариваясь они начали перепрыгивать с одного цветного зайчика на другой, стараясь не задевать красные, и смеясь, когда это им удавалось; выскочив на бульвар и услышав дружное «Ох!» от сидящих на скамейке нигеров и сообразив, что немного заигрались, они взглянули друг на друга, рассмеялись и побежали, слыша как вслед им разбиваются бутылки с вином и катятся подпрыгивая алюминиевые банки с пивом, а они держась за руки и подпрыгивая не хуже этих банок неслись по улочке огибающей их район по широкой дуге; навстречу им мелькали фонари и освещённые витрины, прохожие смеялись и махали вслед, а полицейский, краем глаза увидевший их на углу засвистел, но догонять не стал, да и куда ему угнаться за ними сейчас…
В глухой подворотне, когда они не смогли больше сдерживаться Карл почти упал на колени, отбросил щит с рекламой висящий у него на груди и не закрывающий паха, и со стоном всосал напряжённый и мокрый от пота член Эрика, державшегося за мусорный бак, чтобы не упасть и дышащего как гармоника со стёртыми на сгибах мехами. Когда Эрик застонал, вытянулся и горлово всхлипнув, обмяк и опустившись на колени вытянулся как кошка пролезающая под узкой дверной щелью, Карл нежно перенёс его на яркий кусок пластика с изображением красного бархата и завлекательных складок, поверх них был выведен адрес: просто название улицы и время работы – круглосуточно, и приник к нему сзади, гладя спину и тиская за бёдра…Через несколько минут двое старых любовников покачиваясь вышли и побрели к своей каморке на окраине улицы «Красных фонарей» мечтая о завтрашнем вечере и глядя друг на друга с нежностью и усталой лаской.
Правила:
1)Вы вешаете мне в комменты любое слово.
2)Я пишу по этому слову рассказ и вешаю его в дневнике.
Уточнения и пояснения:
1)не предлагать к описанию слова типа "он" или "там",
2)имена или названия требуют пояснения,
3разместив заявку со словом и получив отзыв о принятии, типа "ладно, принято" не беспокоить пустыми сообщениями,
4)не вешать заявки в не специальные посты,
5)не размещать заявки вне времени приёма,
6)внимательно читать написанное в посте,
7)оговаривать ссылку на заявителя отдельно и заранее...
(мрачно) Сижу в гостях и жду непонятно чего и зачем. Снова говорили о выборе. О каждодневном выборе. О том, что мы готовы сделать, увидев за дверью утром девушку с зонтиком из страпусиных перьев, и позвавшую нас в Рай.
...И труден был выбор их (...), и велики скорбь и страдания, узнавшим, что выбрали они...
…За глаза мы звали её Чебурашкой. За наушники. Никто так и не узнал, откуда они взялись – просто как-то утром она пришла в них в класс и уже не сняла. Наушники были очень большие, мощные, с вакуумным пенонаполнителем, из-под таких не доносилось ни звука, даже если голова меломана вибрировала от грохота музыки; она и раньше была молчаливой, а друзей у неё почти не было, но теперь совсем пропала для окружающего её мира, ходила с пустыми, светящимися изнутри глазами, мурлыкала себе под нос, чуть пританцовывала переходя из класса в класс, наматывала длинный провод на палец когда писала в тетради или снимала один наушник с уха, слушая урок. Острословы тут же придумали ей кличку. А что там придумывать: рыжая, маленькая, в огромных наушниках. Чебурашка. Задразнили бы, но она всегда недоумённо поднимала глаза и смотрела на нас, словно увидев впервые. Да и не походила она на зверька, а скорее на человека занятого чем-то своим. Музыка, так её назвал кто-то из новеньких и это прозвище так осталось за ней.
В седьмом классе, в после сдачи зачётов нас вывезли в поход, на двое суток. Лес, костёр, хихиканье и запах спиртного и пота, сквозь духи и аромат цветов – рядом было поля люцерны и аптечной ромашки. Первый день нас ещё пытались организовать и отправить на сбор ягод и грибов, но после того, как два придурка нашли на опушке пару поганок, самых обыкновенных, и уже собрались их употребить и «побалдеть», нас согнали в лагерь, поближе к автобусам и объявили, что будем мы купаться в реке (ледяной и с тучами комаров), собирать ягоды (собранные и вытоптанные ещё утром) и общаться в непринуждённой обстановке. Вот против последнего никто не возражал и к ночи вокруг костра расселось и разлеглось на ковриках больше пятидесяти человек, учителя потолкались, и под дружный смех и хихиканье ретировались к своему костру, а мы… Ну сначала кто-то попытался спеть под гитару, но бедный инструмент вырывался из его рук, и орал, как насилуемая монашка, тогда кто-то притащил из автобуса магнитолу и врубил что-то долбящее по мозгам и через пару минут вокруг костра была нормальная диско-пати. Меня, тогда довольно застенчивого отнесло чуть в сторону и мысленно поёжившись – не люблю быть в центре внимания – я побрёл сквозь лес, к реке.
Комаров не было, наверное сдуло лёгким ночным ветром, и над водой чуть мерцали отблески далёкого костра и почти пропавшего месяца. Вдруг, отражения пропали в волнах - кто-то входил в воду. Стройная фигурка, играясь с каплями брызг как котёнок, скользя по дну ногами так, что тело плыло над расступающейся перед белой кожен ног тёмной водой… Я не мог сообразить – парень это или девушка, стоял, касаясь рукой дерева и смотрел, как волны перемешивают красноватые блики искр взлетающих над лесом – неплохо в лагере разгулялись - с белыми стрелками месяца, и седые сполохи плывущих поверх него облаков, в невообразимую игру теней на близком дне. Вот со дна поднялись клубы ила и тихий смех донёсся до меня – девушка. Пальцы сами собой сжались на коре и… С треском большой кусок отвалился от ствола. Смех вместе с волнами рассыпался по водной глади, и заметался меж берегов – и мне стало легко. Трава была мокрой от росы, а вода была как молоко – с тёплой плёнкой сверху и прохладной пеленой у дна…
Только когда она одела поверх мокрых волос наушники, я понял с кем я целовался в тёплой воде, а она уже пропала в своих мыслях и в том, что напевали ей наушники.
Неделю после этого я старательно притворялся, что ничего не было, ни ночи, ни тумана ползущего из леса, ни тёплых губ и тихого шёпота, которого я не мог разобрать… А потом я не выдержал: написал ей короткую записку: «а что ты слушала тогда ночью, Музыка?». После звонка она задержалась, не вставая с места и я тоже остался, медленно перекладывая учебники в сумке. Когда в классе остались только мы, Музыка подошла ко мне и протянула наушники. Я посмотрел на уже такую привычную глазу часть её, потом ей глаза – она смотрела на меня со странным выражением, словно ждала ударю я её или убегу - и надел наушники на голову. Сначало было очень тихо…
Я не стал одиночкой, не смог променять жизнь на… Музыку. Пусть и музыку сердца первой любви.
Правила:
1)Вы вешаете мне в комменты любой рисунок или фото на ваш выбор.
2)Я пишу по этой картинке рассказ и вешаю его в дневнике.
Уточнения и пояснения:
1)не предлагать к описанию изображения размером с этикетку от спичечного коробка,
2)не предлагать очень абстрактные изображения без дополнительного описания и пожеланий,
3)повесив изображение и получив отзыв о принятии, типа "ладно, принято" не беспокоить пустыми сообщениями,
4)не вешать заявки в не специальные посты,
5)не размещать заявки вне времени приёма,
6)внимательно читать написанное в посте,
7)оговаривать ссылку на заявителя отдельно и зарание...
Правила:
1)не предлагать к описанию изображения размером с этикетку от спичечного коробка,
2)не предлагать очень абстрактные изображения без дополнительного описания и пожеланий,
3)повесив изображение и получив отзыв о принятии, типа "ладно, принято" не беспокоить пустыми сообщениями,
4)не вешать заявки в не специальные посты,
5)не размещать заявки вне времени приёма,
6)внимательно читать написанное в посте,
7)оговаривать ссылку на заявителя отдельно и зарание...
…- Сыр, - прооворчал Чёрный не поднимая головы.
- Нет пузырь, - так же вяло отозвался Хвост, развалившись кверху брюхом.
- Если – пузырь, то почему не лопается?.. – в который уже раз переспросил Чёрный.
- А если – сыр, то где запах?.. – так же скушно ответствовал Хвост.
- А вот – далеко.
- Тогда – лопается, только медленно. Месяц видел?..
- Лопается и снова – вспухает?..
- Далеко – не далеко, а запах бы донесло…
- Ты ещё скажи – небо больное, вот волдыри и вскакивают…
Хвост не ответил, проворчав что-то себе под нос.
- Или ещё… - но с росшей рядом ели на них рыкнули:
- Заткнитесь оба!.. «Пузырь», «сыр»!.. Мозгов-то как зайца – чего б мы тогда каждую ночь на неё!..
Но тут тучи над лесом разошлись, неяркий жёлтоватый свет залил всё, и густой волчий вой потянулся, пробиваясь сквозь бурелом и туманные поля, вызывая тоску у тех, кто спит по ночам и может не видеть Её на небе, не обожать, не звать….
Писалось под музыку: Queen - Need Your Loving Tonight
Трудно быть хорошей девочкой, как говорит папа «фактически – невозможно». Не ругай меня мама, я была хорошей, целых два часа подрят, а потом он сам начал обзываться и за косичку хотел дёрнуть… Ну и что, что он не успел – хотел же?.. Подумаешь, нос сломала и руку вывихнула… Ведь неу… Да, молчу, я молчу. Давно уже, можно было б и забыть – всё равно ни свидетелей не отпечатков там не осталось. Ни ругай меня. Ма-ам, ну не надо мне вытирать!.. Ну, хорошо, хорошо, я буду «умницей». Нет, уроки я уже сделала, и те чо на послезавтра – тоже. Нет, не хочу я в компьютер играть – что я глупая?.. И телевизор – не хочу. И не вздыхай так, что мне теперь вечно дома сидеть что ли? Да, я постараюсь никого не трогать и на улицу не пойду. Нет, мама, я не курю и не собираюсь. Да, наркотики – это очень плохо. Да, я знаю. Нет, никто мне ничего такого пока не предлагал. Ой, мам, ну цепляйся к словам!.. Всё, я пошла. Хорошо, я тоже тебя люблю.
Я люблю папу больше мамы. Он тоже меня любит – по-своему. Он вообще у меня необычный, такой далёкий и как бы не здесь… Но если что-то не так, то он первый рядом оказывается и помогает. И защищает… Ну, если нужно, конечно. Сейчас всё у меня хорошо, а вот в детстве папа часто выходил из кабинета и разбирался, ходил поговорить с родителями детей, что-то там устраивал… Участкового приводил и они долго разговаривали в кабинете, а потом на меня даже не пытались жаловаться в милицию – знали, что бесполезно. А когда я прибегала с рассаженной коленкой или ободранным локтем, то папа выгонял маму на кухню – «кофе попить», закрывал поплотнее дверь и перевязывал меня, распрашивая, как это я, такая сильная и шустрая, ухитрилась ободраться?.. А после 10-го моего Дня Рожденья он отдал меня в секцию айкидо. Ну и намучался же со мной сенсей, Миша, высокий, тощий и очень подвижный юноша, пытаясь объяснить мне принципы непротивления… Ничего у него, конечно, не вышло, но на соревнованиях я всегда побеждала, «з концентрацию и красоту». Вот тоже новость – «за красоту». Помню, как я расстраивалась, когда со мной в детском садике хотели дружить только из-за… Из-за того, как я выглядела. Какие-то слюнявые мальчики в первом классе, девочки групками по трое, шепчущиеся мне в спину, и первый вызов в школу родителей. Не знаю, что там говорила директриса – меня выгнали в коридор, и что ей ответил папа…Но мама вышла бледная, как всегда, когда папа вежливо просит её помолчать, а директриса… Она меня очень зауважала. Наверное из-за папы. А ещё при всех отчитала мою классную «за сплетни». Записочки с упоминанием «любви» я с тех пор запихивала между стёкол окна – так, чтобы их было хорошо видно, а на девочек, собирающихся в группки… Да пусть их – только смотрела презрительно.
Сейчас – другое дело, мы переехали, и всё началось по-новой, только папа уже не выходит чтобы помочь мне – когда я первый раз прибежала к нему, в первый же день по приезду, он внимательно посмотрел на меня и сказал: «Ты уже выросла, помощь нужна только если сама не в силах решить что-то… А ты у меня сильная и шустрая, так?». И я стала хорошей девочкой – не била первой, не ругалась, не лазила в платье по деревьям… И перевязывать раны бегала в травмпункт.
На улице было пусто, а из огромной витрины напротив на меня смотрела прелестная девушка, похожая на куклу. Вздохнув, и подумав, что я люблю ещё и маму, несмотря не на что, я пошла в магазин. Покупая пиво, я дурашливо улыбалась продавцу – новенькой девушке, смотревшей на меня как на Терминатора, покупающего мороженное. Да, я хорошая девушка, но это так сложно – выглядеть хорошей и ничем не проявлять – пока не тронут – какая я на самом деле.
ЗНАКОМСТВА
Зарегистрироваться
Основное
